История “голубого” вопроса и конец истории

 mamievАлан Мамиев

Расчеловечивание человека в современном мире идет полным ходом, война против человека ведётся по многим фронтам. Это и превращение культуры в массовый ширпотреб, скатывание ее в постмодерн.  Это и ювенальная юстиция как атака на семью, это и убийство традиционных религий, как атака на духовные скрепы.  Но особое место в этом процессе занимают так называемые лица с нетрадиционной сексуальной ориентацией.  И тот, кто скажет, что все эти процессы происходят сами  собой, тот либо лжет, либо на самом деле не понимает, что происходит, ибо нет неуправляемых процессов в обществе. Сегодня хотел бы остановиться на проблеме именно пропаганды нетрадиционных отношений. Кто и зачем именно сейчас вытащил на повестку дня эту тему?  Как говорилось в известной притче, ищете тех, кому это выгодно! Давайте попробуем разобраться.

Сейчас очень ярко прослеживается следующий тренд — связка гомосексуализма и либерализма. Очень это хорошо видно было в рекламном ролике Алексея Навального, когда нидерландские геи призывали голосовать за данного кандидата в меры Москвы. Казалось бы, зачем — Москва не Амстердам? И почему либеральные политики во всем мире подняли радужные флаги и машут ими, раздражая обывателей?

Либерализм пришел к нам как борьба за свободу — Liberté, egalité, fraternité, то есть «Свобода, Равенство и Братство». Это был лозунг Великой французской революции. Теперь либерализм стал словом ругательным, он стал накрепко связан с теми извращениями, которыми больно современное западное общество. То есть в сознании обывателя между гомосексуализмом и либерализмом поставлен знак равенства. И лозунг французской революции плавно трансформировался в лозунг «Свобода от Равенства и Братства». Свобода «для» стала свободой «от». И либерализм стал символом освобождения человека от его человечности, действуя по принципу — раз животным можно, то чем мы хуже? Но это какой-то постмодернистский либерализм, Робеспьер и Дантон в гробу бы перевернулись от такого понимания свободы, за которую они боролись. Поэтому современных либералов совершенно правильно стали называть Либероидами или Либерастами. Ведь надо как-то провести водораздел между Робеспьером, боровшимся за свободу быть человеком, и европейским геем, борющимся за свободу не быть человеком.

Но зачем это все делается, возникает вопрос? Я могу только высказать свое предположение. Создается некий субъект, этакое коллективное зло, против которого будет направлен впоследствии праведный гнев обывателя.  Чтобы было понятней, что я имею в виду, то приведу пример.  Евреи лет сто назад сыграли роль коллективного зла. Вокруг ненависти к евреям были объединены массы населения. Сделать подобный маневр сейчас сложно, есть Израиль, он никогда больше не позволит сжигать евреев в печах. У Израиля есть Моссад, который за любые поползновения в эту сторону может оторвать не только уши…  А коллективный враг нужен, ибо без врага нет нации, как говаривал один неглупый человек. Вот этого коллективного врага и создают. И в этом смысле геи — самая подходящая кандидатура на роль “красной” тряпки, а кто тот “бык”, перед чьим носом этой тряпкой будут махать, покажут ближайшие годы.

Рассмотрим теперь  историю “голубого” вопроса. Подобные люди были всегда, во все времена. Разные культуры по-разному относились к подобным вещам. В древней Греции это было чуть ли не нормой, об этом много писали древние писатели и философы. Но в основном во всех здоровых обществах проявления подобной любви считалось извращением и отходом от природы человека.  Вообще в истории вспышки подобного разврата предшествовали краху империй, самый наглядный пример — Рим: погрязший в разврате поздний Рим пал под напором варваров, и не потому что варвары были сильны, а потому что общество Рима сгнило изнутри.  Не сумей император  Константин собрать на тот момент самые здоровые группы в обществе, христианские, и сделать на них свою опору, построив Восточную Римскую империю, она же Византия, никто не знает, в каком бы мы сейчас мире жили. Константин ввел смертную казнь за разного вида извращенные формы любви между мужчинами. Он прекрасно понимал, что разврат — это как смертельный вирус,  уничтожающий Дух общества, а общество, лишенное Духа, само рухнет, его даже завоевывать не придётся.

С момента утверждения христианства в Римской империи и вплоть до ХIХ века мужеложство на Западе рассматривалось как противоестественное извращение и блуд. Соответственно гражданское право квалифицировало его как преступление и подвергало уголовному наказанию. В конце ХIХ в. отношение к этому извращению смягчилось, из разряда порока и наказуемого деяния оно перешло в разряд психического заболевания. Радикально же ситуация изменилась с началом «сексуальной революции» 60-х годов ХХ века, главным результатом которой стало формирование «ЛГБТ-сообщества» (лесбиянки, геи, бисексуалы и трансгендеры), заявившего о себе как о носителе особого самосознания и представителе новой субкультуры. Под его давлением в 1973 г. Американская психиатрическая ассоциация исключила гомосексуализм из списка психических заболеваний, а в 1990 г. это сделала Всемирная организация здравоохранения.

Наиболее последовательным и бескомпромиссным защитником прав извращенцев стал Европейский союз. В 1997г. в новый Амстердамский договор была внесена поправка, дающая Евросоюзу юридическое основание для борьбы с дискриминацией на почве сексуальной ориентации. Запрет на такую дискриминацию был закреплён в 2000 году и в Хартии об основных правах граждан Европейского союза. Надо сказать, что сейчас в Дании принимается закон об узаконивании инцеста.

Сегодня гомосексуализм превратился на Западе в мощную политическую силу, которая  навязывает свою практику на всех уровнях и во всех сферах общественной жизни. Продвижение «голубой» мафии к высотам мировой политики осуществлялось незаметно, долгое время её не воспринимали всерьёз, рассматривая как одно из меньшинств, не представляющих опасности. В итоге, когда, накопив потенциал и создав разветвлённую сеть поддерживающих структур, эта мафия вышла на международную арену, выяснилось, что «сексуальное меньшинство» рвётся к тому, чтобы стать «сексуальным большинством» и диктовать свои условия остальным.

В современной Европе  реально протекает процесс возведения «ЛГБТ»-сообщества в ранг иерархически наивысшей группировки социальной «элиты», которой позволено то, что порицается либо не позволяется для людей биологически и психически здоровых в аспекте половой принадлежности и сексуальной ориентации.

Но надо все же сказать, что Европа по-разному принимает эти новшества, и если в Британии и многих других странах Европы все прошло гладко, и уже стоит вопрос о венчании геев и лесбиянок в протестантских церквях, то во Франции были огромные митинги до миллиона человек против легализации однополых браков. Этот закон во Франции был все равно принят, несмотря на волну протеста в обществе, что еще раз доказывает, что эти штуки с браками содомитов — не просто чьи-то забавы, это стратегия. Борьба против этого закона во Франции – это борьба за сохранение человеческой личности, борьба за сохранение человека, за право человека оставаться человеком, пусть даже грешным.

Нельзя разобраться до конца с тем, что происходит, не рассмотрев вопрос в немного иной плоскости, в Духовной. Ведь что такое человек? Да, в какой-то степени человек — это зверь, в нас есть животная природа, которая роднит нас с другими обитателями земли, но в нас есть и нечто еще.  Нечто, что отличает нас от человекообразных приматов, это нечто — это Дух, некая искра Божья, живущая в нас и делающая нас людьми.  И те заповеди, которые во все времена давали  учителя человечества людям,   в первую очередь были нацелены на то, чтобы не навредить Духу божьему, живущему в нас, а не нашему телу. И нарушение этих заповедей убивает Дух в человеке, возвращая его в состояние животного. Человек без Духа — это не человек, это прямоходящая обезьяна, или биоробот.  Это кто угодно, но не человек. И то, что разворачивается перед нашими глазами — это как раз война против Духа человека, и лица нетрадиционной ориентации — это солдаты этой войны, религиозный человек назвал бы их слугами антихриста. И взглянув на то, что происходит, под этим углом, все сразу становиться на свои места, ибо идет вечная борьба добра и зла за власть над человечеством, но каков будет исход этой войны, описанной многими пророками, зависит во многом от нас самих, от нашей воли и желания остаться людьми, а не просто представителями рода Хомо Сапиенс.

Исторический опыт нам говорит, что царства разврата долго не живут, геи — не та публика, которая может защитить свою страну.  И что-то  мне подсказывает,  что всю эту Европу готовят под что-то нехорошее, этим нехорошим будет либо новый Гитлер, который разбудит силы, не желающие жить в такой Европе, либо это будут орды варваров, как  в древности. На этот раз роль варваров сыграют сильные духом представители исламского мира.

Россия сейчас единственная европейская  страна, которая еще держит бой в этой войне.  Все остальные европейские страны уже стали частью нового Содома и Гомморы. Владимир Путин недавно подписал закон о запрете на усыновления наших детей однополыми парами, и закон, запрещающий пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних. Запад просто взвыл от возмущения, не ожидая такого от России, которая в его представлении давно духом сломана.  И наша православная церковь не идет на сближение с представителями сексуальных меньшинств, в отличие от католической, а тем более протестантской церкви.

Радикальный ислам на востоке и геи на западе — это две группы, желающие перестроить мир под себя.  Это два вызова, перед которыми стоит человечество — если  оно сможет найти на них творческий ответ, история продолжится, а если нет…