Понуждение к аборту – ультимативное проявление гендерного насилия

По общепринятому определению,  гендерное насилие — насильственные действия, совершаемые преимущественно или исключительно в отношении женщин. 100% беременных являются женщинами; соответственно аборт является ультимативно гендерной проблемой, а принуждение к аборту –  ультимативным гендерным насилием.

Понуждение к аборту –  ультимативное проявление гендерного насилия
refinery29.com

По определению ООН, насилие в отношении женщин — это любой акт насилия[1], совершённый на основании полового признака, который причиняет или может причинить физическийполовой или психологический ущерб или страдания женщинам, а также угрозы совершения таких актов, принуждение или произвольное лишение свободы, будь то в общественной или личной жизни [1, ст. 2].

Многоплановый всеобъемлющий вред всему организму и особенно репродуктивной системе женщины несет любой аборт ввиду того, что «беременность представляет собой сложный процесс; с момента зачатия в организме женщины происходят сложнейшие изменения. В процессе этих целесообразных изменений, направленных на обеспечение благополучия организма матери и развивающегося плода, аборт, по существу, является «разрушительной силой»: внезапно обрывается вся начатая с момента зачатия «перестройка» в матке, яичниках, молочных железах, внутренней секреции и во всём организме беременной…  » [3, с.15].

Особенно уязвимы юные женщины: «аборт при первой беременности может вести к бесплодию и по другой причине[2]. Сравнительно часто у женщин встречается недоразвитие матки. Наступающая в таких случаях беременность становится фактором, способствующим её росту, доразвитию. Аборт в подобном случае ведёт к последующему сохранению стойкого недоразвития матки и к стойкому бесплодию»[3] [3, с. 16].

Понуждение женщины к аборту давлением и осуществимыми угрозами является повседневной реальностью как наиболее развитых, так и менее развитых стран; там где аборт легально доступен по «желанию» (on demand) и/или по «щедро трактуемым»[4] т.н. медицинским и социальным показаниям – таковое понуждение является массовой участью женщин. Без сомнения, в странах распространения нелегальных абортов, также может быть зафиксировано понуждение женщин к оным, однако порог угроз и насилия, к которым необходимо прибегнуть для принуждения к совершению осуждаемых законом действий – несравненно выше порога понуждения к действиям легальным; в правовых государствах масштабы принуждения в первом случае – на порядки ниже, чем во втором.

В условиях абсолютной дозволенности и доступности аборта достаточно минимальной «власти» – ресурса психического, материального, социального давления на женщину, ресурса осуществимых угроз в её направлении – чтобы понудить её к аборту[5]. Таковым ресурсом давления (позволяющим насильникам поддержать собственный гомеостаз за счёт телесной целестности беременной) располагает всё окружение женщины: муж/и т.п., работодатель, родня беременной/родня зачавшего мужчины (и особенно родня на одной жилплощади), мед. и соц.работники[6]. Как правило, достаточно осуществимых угроз со стороны лишь кого-то из них, чтобы понудить к аборту; если же зачатый ребёнок оказался нежеланен более чем одному фактору из названных потенциальных насильников – редкая женщина будет в состоянии отразить насилие и защитить своё тело и зачатую в нём жизнь.

Она будет ПРИНУЖДЕНА к аборту. Подписываемые женщиной документы, в которых она «информировано соглашается» на насилие в отношении собственного тела, – ничуть факт вышеописанного насилия не отменяет, а лишь подчёркивает цинизм и изощрённость этого насилия.

Юные женщины, не умудрённые опытом психологической самозащиты (см. сноску 4), более склонны называть вещи своими именами. Так, в передаче «Семейное радио» Первого канала, 10.11.2014, после 17.00, ведущая Елена Степанова озвучила данные, по которым 70% несовершеннолетних абортниц определили содеянное как «решение окружения».

Жанна Максимова, известная бизнес-леди, весьма далёкая как от каких-либо около-церковных норм, так и от наивного морализаторства, была принуждена в молодости к аборту своими родными.

Она чётко заявила в лицо ведущему программы «Наша жизнь», не считаясь с обструкцией «оппонентов» из обоих лагерей – и апологетов абортмахерства, и его политкорректных критиков: «Выбор делает не женщина, а социум, социум заставляет её !» [7– с 15.25].

Далее за ней выступали одна за другой две женщины, рассказавшие как «по желанию» своих «близких» совершали аборт [7– с 23.20; с 26.40].

Итог подвела Главный акушер-гинеколог Минздрава Юлия Савочкина: «Это выбор даже не женщины, это выбор семьи» [7– с 28.00].

Принудительное абортирование «неподатливых» несовершеннолетних осуществляется через суды [5]. Перед нами – узаконенное гендерное насилие[7]. В РФ выносился на обсуждение законопроект 527279-6 (отклоненный после массовых протестов ценностного гражданского общества) о принудительном абортировании душевнобольных.

В белорусской правовой реальности это осуществимо и без особого закона, достаточно согласия опекуна.

В случае стойкого нежелания беременной «принять совместное решение» об аборте угрозы насильников становятся реальностью, и не только вышвыривание с жилплощади, отказ в средствах, увольнение[8] и т.п. – но и дикое физическое и/или изощрённое душевное насилие может иметь место в самых «развитых» регионах мира.

… 20-летний белый англичанин колет ножом и  бьёт ногами свою бывшую «подругу» в надежде «выбить из неё» зачатого ребёнка [7а]. Там же, на Альбионе, белый 45-летний офицер полиции долго преследует угрозой суицида забеременевшую от него женщину и заставляет абортировать близнецов (и тут же «бросает» «подругу»[9]) [7б].

Живущий в Пенсильвании «успешный» израильский гинеколог, специализирующийся на абортах, терроризирует забеременевшую белую «подругу» и её малолетнего сына, отбирает машину и все средства, возит её на свои «рабочие места», требуя от неё аборта; наконец, начинает раз за разом её избивать и бить ногами [7в]

Неудивительно, что привыкшие к принудительному по сути абортированию, акушеры-гинекологи[10] практикуют насилие и в отношении рожениц: поголовная «стимуляция» родов медикаментозным и инструментальным вмешательством, запрещённое законом «выдавливание». «…Прокололи в 8 утра… окситоцин отключил моё тело… потом было выдавливание… чувство, как будто тебя изнасиловали и выкинули…» [8, с.86-87].

«Два врача одновременно своим весом давили мне на грудную клетку и живот… от невыносимой боли я кричала… внезапно я почувствовала удар по своему лицу от врача, который сказал «Заткнись!». Я действительно онемела от неожиданности, обиды и беспомощности… Я обращалась к врачу, который вёл палату, чтобы меня проконсультировали по поводу перелома ребёр…Врач сказала, что её засмеют травматологи…После выписки…амбулаторно был диагностирован перелом ребра, осложнённый плевритом…лечение растянулось…» [8, с.33-34].

Стерилизация предлагается роженицам поголовно, как раз когда они находятся в наиболее беспомощном состоянии [8а].

Обыденная доступность аборта буквально не оставляет шансов подвергающейся принуждению к аборту женщине, бросает её на безумные шаги.

Собственно, если сам по себе аборт, как мы установили, является ультимативным гендерным насилием – таковой «выбор семьи» есть ничто иное, как домашнее насилие, по степени наносимого женщине телесного и душевного вреда, сопоставимое лишь с – влекущими суровое уголовное преследование – тяжёлыми издевательствами над ней со стороны членов семьи,

Вся страна негодовала по поводу драматических событий в Мачулищах, когда женщина бросила аккуратно завёрнутого «нежеланного» её родным новорожденного в мусоропровод (он остался жив и почти не пострадал). Женщина, мать маленького ребёнка, в прошлом уже пережила «аборт по желанию» своих «родных», которые «поговорили и убедили» её [9]. Забеременев снова и находясь в «плохом социальном статусе» (муж сел за ДТП), она поняла, что не устоит перед давлением и её будут «обрабатывать» родня и соцслужба «на любом сроке». Она скрыла беременность, не стала на учёт, а появившегося ребёнка кинула в мусоропровод и оказалась за решёткой.

Благородно негодующему в адрес несчастной женщины обществу было бы привычнее и спокойнее, если  живущему в результате ребёнку – не дали бы родиться вовсе.

Негодующе вопрошавшие в вебе «почему она не сделала аборт?» мужчины уверены, что женщина обязана это делать со своим телом, если «обстоятельства диктуют».

Уверен в этом, например, д.м.н. Н.К. Никифоровский, заслуженный врач России. Профессор гинекологии из Смоленской государственной медицинской академии на заключительном круглом столе конференции «Сохрани жизнь» в 2014 году публично негодует: «Вот мы видим, что у плода порок, несовместимый с жизнью… А она всё равно рожает» [10].

Он же на конференции РАИЖИ в Смоленске в 2016 г посвятил свой доклад[11]… демонстрации «уродов», всё в той же интенции.

Достойно удивления, что среди разнообразных видов насилия в отношении женщин, тщательно освещаемых в документах [1] и [2] – как характерных для человечества в целом, так и имеющих место исключительно в некоторых ограниченных регионах мира, – не назван и не осуждён аборт по принуждению.

В свете сего факта заслуживает отдельного объективного всеобъемлющего исследования степень bona fides авторов этих документов, их работодателей и в целом организаций ООН и ВОЗ; равно как и всех ратующих за «права женщин» и «гендерное равенство» НГО, которые игнорируют явление понуждения беременных к аборту.

Обратим внимание, что в период неосуществления «абортов по желанию» в СССР существовала, например в УК РСФСР статья 140-а, предусматривавшая уголовную ответственность за понуждение к аборту – до двух лет заключения. Практиковались легальные аборты по большому кругу т.н. «показаний», и существовала, как всюду и во все времена, практика криминальных абортов, находившаяся в поле зрения правоохранителей.

Следует обратить внимание на то, что эта статья отнюдь не предусматривает различие между степенью законности осуществлённого внутриутробного детоубийства, и говорит о понуждении к аборту ВООБЩЕ [11]. Отметим, что законодательство ряда союзных республик предусматривало ответственность за понуждение к аборту и после пересмотра уголовного законодательства в 1960 г. и исчезновения этой статьи из УК РСФСР [12].

В этом свете должна получить должную юридическую и морально-этическую оценку – в контексте универсальных прав человека и недопущения гендерного насилия – и практика понуждения женщин к абортам по т.н. «показаниям» со стороны государственных должностных лиц, одно из которых в минуту откровения признаётся: «Вы знаете, как сложно уговорить будущую мать… на прерывание желанной беременности?» [10а].

«На пятом месяце беременности у Ларисы диагностировали рак желудка. Сразу стал вопрос, чью жизнь спасать (?!?- И.Л.Й.). И беременная женщина буквально воевала с врачами, не соглашаясь на радикальные меры. Крошечная София появилась на свет семимесячной…» [10б].

Проблема понуждения к абортам известна правоохранителям. Полковник милиции Олег Георгиевич Каразей, начальник управления профилактики ГУОПП МОБ МВД, говоря о различных аспектах гендерного насилия в стране, назвал и насильственные аборты [13]. Почему-то СМИ, подхватившие многие моменты из его рассказа, полностью проигнорировали этот аспект.
Очевидно, что введение уголовной ответственности за понуждение к аборту является существеннейшим шагом на пути к реальной повседневной защите прав женщин на материнство, на самореализацию в деторождении, на телесную неприкосновенность, на защиту своего физического и душевного здоровья и права распоряжаться СВОИМ телом.

Источники:

  1. Декларация об искоренении насилия в отношении женщин. Принята резолюцией 48/104 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 декабря 1993 года. – URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/violence.shtml
  2. Насилие и его влияние на здоровье. Доклад о ситуации в мире. – URL: http://who.int/violence_injury_prevention/violence/world_report/en/full_ru.pdf
  3. Популярная Медицинская Энциклопедия/ Главные редакторы А.Н. Бакулев, Ф.Н. Петров. – М.: «Советская энциклопедия», 1964.
  4. Maternal mortality rate in ‘abortion-averse’ Ireland half that of Britain: study. – URL: https://www.lifesitenews.com/news/maternal-mortality-rate-in-abortion-averse-ireland-half-that-of-britain-stu
  5. Я.В.Бардашевич. Анализ правовой значимости незрелости женского организма как основного критерия искусственного прерывания беременности[12]// Социальная защита и здоровье личности в контексте реализации прав человека. Материалы международной научно-практической конференции 26-27 ноября 2015 г. Мн.: БГУ, 2016. С. 102-105.
  6. Елена Прус. Уроки взросления по-фински. – URL: http://www.belta.by/comments/view/uroki-vzroslenija-po-finski-5578 .
  7.     «Право на жизнь», 11.12.2017 . – URL: https://youtu.be/HWvfecZtack.

а. Man Stabs and Beats His Pregnant Girlfriend Screaming “I Will Kick That Baby Out of You”. – URL: http://www.lifenews.com/2015/07/06/man-stabs-and-beats-his-pregnant-girlfriend-screaming-i-will-kick-that-baby-out-of-you .

б. ‘Manipulative and calculating’ policeman dumped lover hours after making her abort their unborn twins. – URL: http://www.dailymail.co.uk/news/article-3204819/Victim-tells-manipulative-calculating-policeman-dumped-hours-making-abort-unborn-twins-thinks-day.html .

в. Abortion Doc Tried to Force His Girlfriend to Abort Their Baby, Then He Beat Her When She Refused. – URL: http://www.lifenews.com/2016/01/14/abortion-doc-tried-to-force-his-girlfriend-to-abort-their-baby-then-he-beat-her-when-she-refused/

  1.     Истории рожениц. Под ред. Игоря Борисова. – Могилёв: «Ружа», 2017. 100 стр.

8а.   «Ну что, мать, трубы перевяжем?» . – URL: http://www.ctv.by/nu-chto-mat-truby-perevyazhem-i-doktor-on-luchshe-3-   

                raza-povtorit-chem-promolchit-dva-mneniya-pro.

  1. Боялась, что не так поймут». Начался суд над мамой, которая выбросила ребенка в мусоропровод. –

URL:http://machulishi.of.by/content/boyalas-chto-ne-tak-poymut-nachalsya-sud-nad-mamoy-kotoraya-vybrosila-rebenka-v-musoroprovod .

  1. Полное освобождение от «химеры» совести. – URL: https://krynica.info/ru/blogi/polnoe-osvobozhdenie-ot-khimery-

               sovesti/ .

10 а.  Еще не рожденный ребенок — уже человек! . – URL: https://www.sb.by/articles/eshche-ne-rozhdennyy-rebenok-uzhe-chelovek.html .

10 б.  Адрес надежды. Спасение для мамы. – СБ Беларусь сегодня, 3 июня 2014 г. стр. 11.

  1. Авдеев М.И. Судебная медицина. – М: Госюриздат, 1951. С .363
  2.      К вопросу об аборте. – URL: http://pravozashitnik.net/ru/2014/2/13.
  3. Ситуация страшная. – URL: https://news.tut.by/society/574860.html .

[1] Насилие, по определению Всемирной Организации Здравоохранения, — преднамеренное применение физической силы или власти, действительное или в виде угрозы, направленное против себя, против иного лица, группы лиц или общины, результатом которого являются (либо имеется высокая степень вероятности этого) телесные повреждения, смерть, психологическая травма, отклонения в развитии или различного рода ущерб [2, с. 5].

Это определение соединяет преднамеренность и фактическое совершение акта насилия, независимо от его результата. Включение в определение слов «использование власти» расширяет традиционное понимание природы насильственного акта тем, что включает в понятие насилия действия, источником которых является «власть» над человеком, то есть давление, запугивание реально осуществимыми угрозами.

[2]«Классическая» причина – воспаление матки и её придатков и как результат непроходимость труб [3, с.15].

[3] Подчеркнём, что речь тут ведём о непосредственном вреде аборта – в данном исследовании мы не рассмотрим аспект лишения женщины могущего вырасти близкого ей человека, намного младше её и могущего быть опорой ей в дальнейшей её жизни.

[4] Так, в Великобритании 98 % абортов совершаются по «медицинскому показанию»: «охрана психического здоровья»… [ 4].

См. также ниже сноску 7.

[5] Естественно, механизмы психологической защиты женщины (нежелающей назвать вещи своими именами, признать осуществляемое над ней насилие и своё ультимативное унижение и отсутствие возможности защитить своё тело от кровавого насильственного вмешательства) побуждают её в большинстве случаев принуждения к аборту со стороны окружения говорить об «обстоятельствах», «невозможности», «совместном (с мужем/и т.п.)  решении», «неготовности» и т.д. – за этими прозрачными штампами стоит очевидное НАСИЛИЕ над ней, над её телом и личностью, осуществлённое людьми из её ближайшего окружения.

Сказанное – на основании опыта психологов-консультантов жизнезащитных организаций «Спасение младенцев», «Матуля», «Открытые сердца», «РадзиМа», «ЗаРождение», БОО демографической безопасности.

[6] Например, при опасении медиков, что «выявленная вероятность» врождённого дефекта отразится на «показателях»; или «проблематичность» статуса и доходов женщины в глазах соцслужб. Рычаги властного давления разнообразны и эффективны.

[7] Показательным в отношении bona fides ратующих за «конфеденциальное» абортирование  несовершеннолетних без ведома родителей, на том основании, что «они считают себя достаточно взрослыми, чтобы вступать в сексуальные отношения» [6] – является их полное безоговорочное согласие с принудительным абортированием тех же «достаточно взрослых» несовершеннолетних  по требованию родителей. На эту тему от ратующих за «взрослость вступающих в сексуальные отношения» – ни звука.

[8] Запрет увольнения беременных прекрасно обходится угрозой увольнения «по статье» и уходом в результате «по собственному желанию».

[9] Узнав о том, что её «бывший любовник» уже за решёткой (осуждён за многочисленные сексуальные домогательства в ходе службы), несчастная женщина рассказала о постигшей её участи журналистам.

[10] Осуществляемый Минздравом распорядок работы не допускает возможности врачу-акушеру быть занятым только в родовспоможении (что возможно, например, в Израиле и др. странах). Система «ротаций» и «командировок» обязывает каждого врача-акушера производить аборты, см. https://cloud.mail.ru/public/9JXM/cKiAj1mn3 .

[11] Характерно, что его «доклад» (пленарный!) не был «включен» в сборник конференции, и ознакомиться с тестом оного никакой возможности организаторы конференции не представили.

[12] Речь идёт о первом в ряду «медицинских показаний»: «Возраст менее 18 лет – незрелость организма». Как мы видели выше [3, с. 16] – именно выношенная беременность способствует «дозреванию» женского организма. Автор «наивно» замечает: «если девушка забеременела, это уже опровергает тот факт /не «факт», а «утверждение» – И.Л.Й./, что её организм физиологически незрелый» [5, с. 105]. Автор (молодая женщина-судья) предлагает предоставить возможность эмансипации «несовершеннолетним» беременным женщинам. Именно так обстоит дело, например, в братском Казахстане.

Но белорусская юстиция предпочитает узаконенное гендерное насилие над несовершеннолетними.

Автор: Игаэл Йегуди