Послеродовая депрессия: личный опыт

Добрый день, уважаемый Доктор!

Я долго сомневалась, стоит ли рассказывать всем о своём опыте послеродовой депрессии. Эти воспоминания неприятные, но сейчас, по прошествии года со дня возникновения моей болезни (да, именно болезни — не капризов, не «просто устала, отдохни» и других подобных умозаключений по поводу моего самочувствия), я хочу, чтобы наше общество стало более просвещенным в вопросах диагностики и эффективного лечения послеродовой депрессии. А ваши книги и сайт читают огромное количество людей со всего постсоветского пространства. 

Толчком к написанию Вам письма стала новость о молодой женщине из Одессы, которая задушила своего четырехмесячного ребёнка. По её словам, причиной убийства стала «моральная истощенность». Настоящая же причина этого трагического исхода — тяжёлая форма послеродовой депрессии, которая называется послеродовой психоз. После прочтения этой жуткой истории моей первой мыслью и чувством было горькое сожаление: как же так — ни родные, ни врачи, никто не распознал признаки коварной послеродовой депрессии? А ведь очень часто эти признаки появляются ещё во время беременности…

Проблема же в том, что их не рассматривают как угрозу ни для будущей матери, ни для новорожденного ребёнка. Большинство людей в комментариях к этой печальной новости тоже выражали исключительно гнев по отношению к матери, убившей своё дитя. Они просто, видимо, счастливчики, которые никогда не сталкивались с послеродовой депрессией и тем более послеродовым психозом, не переживали состояние непонимания себя и своих эмоций, неспособности справиться со своими депрессивными мыслями, которые, кажется, полностью заглушили твое сознание, не порывались просто «выключить свою голову» и убежать на край света. 

 

Я пережила подобный ад в голове только благодаря тому, что рожала в США. На второй день после родов врач дала мне заполнить анкету. Помню, я смеялась, отвечая на вопросы типа: «Можете ли вы улыбаться и видеть позитивную сторону вещей?», «В последнее время чувствовали ли вы тревогу и подавленность без серьезной на то причины?» и т. д. (вот ссылка на опросник на английском языке об угрозе возникновения депрессии после родов https://psychology-tools.com/epds/ ).

Я была уверена, что все в порядке. Я радовалась рождению дочки, готовилась к грудному вскармливанию и просто отдыхала от изматывающих родов. Каким же было мое удивление, когда врач после анализа опросника объявила, что я в группе риска возникновения послеродовой депрессии. Через пару часов пришёл социальный работник и попросил меня, если появится необходимость, связаться с ним или другими организациями помощи новоиспеченным матерям, и вручил мне список с контактами. Я поблагодарила его за заботу, но продолжала настаивать на своём: у меня нет никакой депрессии, я в полном порядке!

Когда я приехала домой, все стало идти не так хорошо, как в больнице. Молока все не было, ребёнок орал от голода: началась борьба за грудное вскармливание, в которой моим оружием были только врожденная настойчивость и приобретённый молокоотсос. Три дня прошло как во сне — я мало что помню, кроме того, что муж не выдержал моей боли и крика нашей дочки и попросил меня так себя не мучить. Я сдалась. Именно с того момента депрессия начала затягивать меня, как в воронку. Ощущение себя недоматерью (это мой второй ребёнок, и я снова не смогла наладить грудное вскармливание), умственная и моральная разбитость, наконец, бессонница.

С каждым днём мне становилось все хуже: присоединились панические атаки и частые смены настроения. Я плакала, и плакала, и плакала, я переживала за ребёнка и за себя, в моей голове была одна мысль: есть угроза нашей с ней жизни. Тогда я не выдержала и позвонила акушерке, которая принимала у меня роды. Она сказала, что это послеродовая депрессия и нужно обращаться за помощью к специалисту (обычно — психиатру), причём немедленно, иначе мое состояние будет только усугубляться. Я послушалась её совета. Ещё она поговорила с моим мужем и разъяснила ему, что же на самом деле со мной происходит. Он не понимал. Не понимали и мои родные в Киеве: они умоляли перестать «думать плохие мысли, заняться детьми, идти на прогулку». Они не понимали, что человек с депрессией не то, чтобы упрямо не хочет выполнить их мольбы и просьбы, — он просто не может их выполнить.

В конце концов мы нашли больницу, где врач-психиатр диагностировал у меня послеродовую депрессию на фоне серьезной бессонницы и назначил соответствующее лечение. Чаще всего в США лечат такие случаи антидепрессантами в связке с таблетками от тревожности (клонозепамом) и пилюлями от бессонницы. Мозгу необходим отдых, чтобы он мог снова исправно работать. 

Важно понимать, что любая депрессия — это болезнь. Она начинается с так называемого периода «бейби-блюз» — чрезмерной эмоциональности и плаксивости в первые две недели после родов. Если позже женщина возвращается в своё обычное душевное состояние, то причин для беспокойства нет. Но если симптомы не только не прекращаются, но к ним присоединяются новые, такие как повышенная тревожность, апатичность, навязчивые мысли, то пора бить тревогу и обращаться за помощью к врачу — психиатру. Психологи не вылечат послеродовую депрессию. Её корень — в дисбалансе гормонов в организме роженицы, а также в недостаточной связи нейромедиаторов в головном мозгу. Именно поэтому депрессии лечатся медикаментозно. Но, вопреки распространённому мнению, антидепрессанты — это не приговор. Я принимала их полгода, а уже полгода не принимаю. И чувствую себя хорошо. 

Но вернёмся к статистике. Согласно ей, 15% всех рожениц страдают послеродовой депрессией. Мало того, у 10% отцов тоже возникают симптомы ПРД. Но самое страшное то,  что 1–2 молодые мамы из тысячи родильниц страдают послеродовым психозом. А это состояние, требующее немедленной психиатрической помощи, иначе женщина может убить ребёнка, или убить себя, или обоих. Это очень серьезно. Именно это и случилось с той несчастной женщиной из Одессы 16 октября 2017 года.

В заключение хочу привести список самых частых индикаторов послеродовой депрессии. Надеюсь, что они помогут молодым мамам и их родным распознать ПРД на ранней стадии и с помощью специалистов справиться с ней как можно быстрее. 

Признаки послеродовой депрессии:

  • депрессивное настроение и резкая смена настроения;
  • чрезмерная плаксивость;
  • недостаточная эмоциональная привязанность к новорожденному;
  • дистанцирование от родных и друзей;
  • потеря аппетита или «волчий аппетит»;
  • бессонница или повышенная сонливость;
  • чрезмерная утомляемость, истощенность;
  • потеря интереса к тем занятиям, которые раньше приносили много радости;
  • сильная раздражительность, приступы гнева;
  • страх быть недостаточно хорошей матерью для ребёнка;
  • ощущение своей никчемности или неадекватности, чувство стыда и/или вины;
  • значительные трудности с концентрацией внимания или принятием каких-либо решений;
  • сильная тревожность и/или панические атаки;
  • мысли о том, чтобы как-то навредить себе и своему ребёнку;
  • навязчивые мысли о смерти и суициде.

Берегите новоиспеченных мам и их новорожденных детей!

Елена Харт, Филадельфия, США

letters.komarovskiy.net

Рубрики: Помощь женщинам

Оставьте комментарий

You must be Logged in to post comment.

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
© 9930 Пролайф Беларусь. Все права защищены. XHTML / CSS Valid.
Разработано учреждением "Доброжитие"