Однополые браки угрожают нашей свободе

950188153

Джеймс Милликен-младший (James Milliken, Jr.)

Опросы на тему изменения юридического определения брака с включением в это понятие гомосексуальных отношений стали в последние годы неотъемлемой чертой нашего электорального ландшафта. Избиратели каждый раз отвергают предлагаемые изменения, однако количество тех, кто против, постепенно сокращается. Теперь даже консервативные избиратели, особенно из числа сторонников свободы выбора, приходят к выводу, что ничего такого особенного в однополых браках нет, и что изменение понятий о браке даже способствует укреплению свободы. Но они совершенно  неправы: изменение понятий о браке – это исключительно важно. Это не только угроза свободе, но и большой шаг в направлении тоталитарной тирании.

Несмотря на многочисленные кампании, в обществе ведется мало публичных дискуссий с участием образованных и знающих людей по вопросам брака и заинтересованности государства в сохранении традиционных брачных отношений (к сожалению, сторонники изменения юридического определения брака предпочитают оскорбительные выпады и угрозы, а это не оставляет места беспристрастным дебатам). Вследствие этого многие избиратели вообще не слышат никаких доводов в защиту традиционного брака, а слышат лишь крики его противников, которые взывают к идеям свободы. Как-то раз я услышал выступление ведущего одного общенационального ток-шоу на радио, который называет себя сторонником свободы воли и в целом занимает консервативные позиции. Так вот, этот ведущий заявил: «Ни один человек не позвонил и не сказал нам, как брак между двумя мужчинами или между двумя женщинами может навредить его собственному браку». (Иными словами, не суйтесь не в свое дело.) Или как часто мы слышим заявления типа «сторонники традиционного брака выступают против свободы, они хотят лишить гомосексуалистов возможности вступать в брак с партнерами по собственному выбору». Я вижу таких людей постоянно по воскресеньям возле нашей церкви, где один протестующий стоит с плакатом, на котором написано: «Когда мне разрешат голосовать по поводу ваших браков?»

Несмотря на кажущееся правдоподобие, ни один из этих аргументов не выдерживает даже поверхностной критики. Вспомним того радиоведущего: конечно, никто и никогда на его шоу не мог доказать, что брак между двумя мужчинами или между двумя женщинами способен навредить их собственному браку, потому что никто и никогда не отстаивал традиционный брак, исходя из этого. Аргументы против изменения понятия брака гораздо более фундаментальны. Вопрос — в том, отличается ли брачный союз мужчины и женщины от союза двух мужчин или двух женщин (намекаю: ответ как-то связан с детьми), и заинтересовано ли государство в защите и поощрении гетеросексуальных отношений больше, чем в защите однополых отношений. Тот ведущий ни разу не сказал, вел ли он дискуссию такого рода на своем шоу (а это любопытно, потому что именно об этом говорят защитники традиционных браков).

Точно так же заявления о том, что выступающие против переосмысления понятия брака люди хотят «поставить вне закона» гомосексуальные отношения и развести однополые пары, являются бесчестными и вводят в заблуждение (а это всегда очень ярко свидетельствует о том, что на самом деле происходит нечто большее, хотя и не очень бросающееся в глаза). Действительно, это фальшивка, причем фальшивка многоуровневая. Для начала — сегодня почти никто не выступает за возврат к законам против содомии и за насильственное разделение совместно проживающих однополых пар. Я также не слышал, чтобы кто-то выступал за принятие законов, запрещающих гомосексуалистам называть свои отношения «браком» вопреки их желаниям. Сторонники традиционного брака просто хотят сохранить правовое определение самого важного института в нашем обществе (который, кстати, старше самого государства, старше религий, но об этом позже), защитив его от тех, кто хочет прибегнуть к силе закона, чтобы заставить всех нас согласиться с новым определением. С определением, которого до последнего времени вообще нигде не существовало и которое коренным образом изменит наше представление о самом важном институте. По любым объективным меркам поборники однополых браков пытаются лишить остальных нашей свободы придерживаться своих убеждений и выражать их. Как это ни парадоксально, нападки на традиционный брак одновременно являются угрозой самой свободе выбора.

И эта угроза носит не только теоретический характер. Вполне реальные последствия подкрадывающейся тирании однополых браков и их сторонников уже становятся вполне очевидными. Так, пару лет назад законодатели штата Мэн приняли закон о новом определении брака, и его удалось отменить лишь в результате референдума «народного вето». Важнейшим фактором в отмене закона стала попытка сторонников однополых браков лишить лицензии (а следовательно, и средств к существованию) социального работника из государственной школы по имени Дон Манделл (Don Mandell), поскольку тот выступил в защиту традиционного брака (сделав это в ответ на то, что его коллега выступил в защиту однополых браков, но никаким порицаниям не подвергся). Со всей страны приходят сообщения об учителях, чей авторитет и репутация оказываются под угрозой, а также о студентах, подвергающихся дисциплинарным наказаниям лишь из-за того, что они выразили свое мнение в пользу традиционного брака. А за пределами школьной системы мы становимся свидетелями того, как профессиональные фотографы, члены объединения «Рыцари Колумба» (христианское братство, объединяющее мужчин-католиков, основанное для благотворительной, социальной деятельности и выступающее против легализации однополых браков — прим. перев.) и даже фирмы по организации знакомств подвергаются судебным преследованиям лишь за то, что отказывают в своих услугах вступающим в брачный союз гомосексуалистам. В деле сети ресторанов быстрого питания Chik-Fil-A мы стали свидетелями того, как государственные служащие грозят запретить его коммерческую деятельность только из-за того, что владелец этой сети выразил свою личную поддержку традиционным бракам, которые пока вполне законны в нашей стране. Вполне можно предположить, что сегодняшние запугивания превратятся в полномасштабные преследования, если однополые браки будут узаконены и начнется их широкая пропаганда (что уже произошло в Канаде и в некоторых частях Европы).

Но ситуация постоянно ухудшается, как будто происходящего недостаточно. Новое определение понятия брака в рамках государства будет означать не просто посягательство на свободы тех, кто с этим не согласен. Это будет гигантский шаг к созданию тоталитарного государства. Да, я понимаю, кто-то может сказать, что слово «тоталитарный» — это слишком, что это претензия на сенсацию. Но задумайтесь вот о чем: законы о браке всегда носили дескриптивный характер. Они описывали и признавали предшествовавшие им реалии. Даже законы, регулирующие определенные аспекты брака (запрет на многоженство, например, или законы против кровосмесительства), предназначены для защиты его от тех, кто хочет исказить его традиционные контуры. Закон, дающий новое определение брака, который будет подразумевать нечто совсем иное, чего никогда не было, является  законом предписывающим, создающим новую реальность. Такой властью в отношении брака обладают очень немногие государства, и уж точно не наша конституционная республика. Это отношение совсем иного рода. Брак, который государство всегда признавало предсуществующим, то есть, появившимся до него и вне его рамок, теперь может получить иное толкование, как будто он был создан государством. В таком случае, им можно будет манипулировать, менять его определение, а в какой-то момент (почему нет?) вообще запретить по прихоти правящей власти. Вот почему протест того манифестанта с плакатом «Когда мне разрешат голосовать по поводу ваших браков?» совершенно  неуместен. Брак никогда не был предметом голосования. Он существовал до появления нашего и любого другого государства. Он не является плодом творчества ни одного государства на нашей планете.

Вот почему полное и столь радикальное подчинение брака государству имеет еще более серьезные последствия для свободы и благополучия общества, чем те нарушения, о которых я говорил ранее. Брак в его правильном понимании — это важнейшее и необходимое предварительное условие существования устойчивых и здоровых семей. Общества всего мира на протяжении всей истории познавали это из собственного опыта, а современные социологические исследования подтверждают сей факт, несмотря на  мощную волну пропаганды обратного. Противники брака, конечно же, назовут это исключением, но мы знаем, что дети, растущие в традиционной моногамной семье, где есть отец и мать, лучше успевают в школе, меньше подвержены криминальным наклонностям и влиянию наркотиков, у них не так много умственных и эмоциональных проблем, они реже склонны к суициду и так далее.

Более того, и это, пожалуй, больше заинтересует сторонников свободы воли и прочих любителей свобод: семьи вместе с организованной религией — это самые важные «институты посредничества» между личностью и государством. Институты посредничества — это большие и малые группы людей, помогающие сдерживать государство и дающие индивидууму возможность влиять на государство гораздо эффективнее, нежели в случае одиночных действий. Эти независимые источники власти и влияния очень важны для сохранения свободы выбора: без них государственный исполин легко сокрушит граждан-одиночек. Вот почему деспоты всех мастей в качестве приоритетной задачи рассматривают подчинение и даже разрушение этих институтов (особенно — семьи и организованной религии). Если дать власти возможность и полномочия манипулировать, переопределять и уничтожать этих важных защитников свободы, это обязательно приведет к дальнейшему усилению государства, в котором будет еще меньше места индивидуальной свободе выбора.

Стремление сторонников свободы воли сохранить личные свободы вполне понятно, однако правовое изменение понятия брака даст обратный результат. Это непременно приведет к утрате свободы выражения и действий в соответствии с убеждениями, которые противоречат повестке геев. И еще более зловеще выглядит другое: это даст государству огромные и невиданные ранее полномочия по изменению общества в соответствии со своими схемами и замыслами.

Опубликовано в журнала «American Thinker»

Перевод Inosmi