Юлия Латынина: при сохранении прежней рождаемости нас могло бы быть 600 млн, а не 146…

«Закон о запрете абортов, с моей точки зрения, абсолютно правильный закон. Я так подумала, взвесив все за и против, если б я была депутатом Госдумы, я бы голосовала за или я бы голосовала против? Я поняла, что я голосовала бы за. И прежде, чем меня тут закидают тухлыми помидорами (да как я могу поддерживать Мизулину)… Мне, честно говоря, совершенно всё равно, как оно называется. Я хочу объяснить.

Реально количество абортов в России превышает количество рождений. Это абсолютно чудовищное количество. Я озвучу вам статистику. 1990-й год – это 4,1 миллиона абортов, 1991-й – 3,6 миллиона, 1998-й – 2,3 миллиона. Только в 2004 году 1,8 миллионов абортов, только в это время сравнялось приблизительно количество абортов с количеством рождений. Сейчас оно упало официально до 900 тысяч в год. Не надо радоваться, потому что это данные официальной статистики – они не учитывают частные клиники, они не учитывают разные нехирургические аборты просто медикаментозные. То есть реальное количество абортов в России, судя по всему, по-прежнему превышает число рождений, которое колеблется около 1,5 миллионов в год. И, там, только с 1990 года количество нерожденных детей – это 50 миллионов человек, это больше, чем мы потеряли во Второй мировой, это больше населения Украины.

И это всё происходит в стране, где абсолютно катастрофическая демографическая ситуация. Потому что я напомню, что в 1913 году в России проживало 10% населения Земли. Сейчас в ней проживает 2,4% населения Земли. В 4 раза меньше, если смотреть по процентам.

Еще в 1991 году Россия была на 6-м месте в мире по численности населения. Сейчас мы скатились на 9-е: нас опережают Индонезия, Бразилия, Пакистан, Нигерия, Бангладеш. Вы знали, что в Бангладеш живет больше людей, чем в России?

Есть знаменитые подсчеты Дмитрия Менделеева о том, что если бы сохранялись прежние темпы рождаемости в России, то к 2000 году нас бы жило 600 миллионов человек.

600 миллионов говорящих по-русски – это как бы вам объяснить, что такое? Вот, однажды я говорила с Михаилом Борисовичем Ходорковским на эту тему, он произнес фразу, которая меня потрясла. Он сказал «Нас просто слишком мало, чтобы претендовать на свою отдельную цивилизацию. Вот, китайцы, у которых миллиард, они могут претендовать на отдельную цивилизацию, потому что их больше. Вот, если б нас было 600 миллионов, мы можем претендовать на свою отдельную цивилизацию. Как 146 миллионов мы можем быть только частью суперцивилизации, в данном случае западной». Я не говорю, что это плохо или хорошо, я просто говорю, что 146 миллионов – это лишает выбора.

Более того, 146 миллионов – это тоже миф, потому что количество тех, для кого русский язык и русская культура являются родными, оно непрерывно уменьшается. И у нас есть абсолютно липовый коэффициент воспроизводства населения (1,8 детей на одну женщину), потому что понятно, что в кавказских республиках он намного выше, он достигает почти 4-х. В центральном районе этот коэффициент 1,8 (мы тоже прекрасно это понимаем) поддерживается за счет детей мигрантов. Зайдите в школу где-нибудь на окраине Москвы, посмотрите, какое количество детей имеет русский язык родной. В данном случае я имею в виду одну простую вещь, что когда у вас есть небольшое количество мигрантов, которые адаптируются, это прекрасно, это свежая кровь, это, наоборот, добавляет витальности цивилизации. Это здорово, когда в Америке есть Илон Маск и Сергей Брин – один приехал из Южной Африки, другой приехал из России. Но когда у вас свыше 10% мигрантов в населении, у вас начинаются большие проблемы.

России угрожает элементарное вымирание. И цинично говоря, может ли запрет абортов решить проблему? Ответ: да, больше, чем любая другая мера. Потому что, извините, в 1937 году запрет абортов сразу увеличил рождаемость на 1 миллион человек в год. Кстати, знаете, сколько при этом погибло женщин от криминальных абортов? По разным данным, от 300 до 900.

Вот, я сейчас не буду говорить о всяких достаточно таких, абстрактных вещах. Ну, например, о той же самой свободе выбора женщины. Я вам должна сказать, что свобода выбора – это штука такая на два лица, потому что… Понятно, что некоторое количество женщин (даже большое), родив, сдадут ребенка в роддом. У женщины должна быть свобода выбора, она может иметь право не рожать. Я вам задам встречный вопрос: а как вы думаете, сколько женщин, не родив и выбрав аборт, через 20 лет сожалеют об этом и плачут в подушку?

Там, 10-15% абортов дает осложнения, особенно в российских клиниках. Половина из этих осложнений – невозможность дальше иметь детей. То есть у нас сейчас из 40 миллионов россиянок детородного возраста бесплодием страдают 6 миллионов. Вот, как это вписывается в свободу выбора?

Еще раз напомню, что завоевание в виде свободы аборта появилось в России, в общем-то, с достаточно сомнительными завоеваниями типа национализации банков и производств. В абсолютном количестве, большинстве западных стран тогда этого не было.

Собственно, есть простая вещь. Рождаемость у России – европейская, отношение к качеству жизни – азиатское. Непозволительная роскошь. Если мы живем мало и плохо, ну, хотя бы мы должны плодиться хорошо.

Еще раз. Вот, в России ежегодно рождается полтора миллиона человек и происходит по разным данным от 900 тысяч до 6 миллионов абортов. Понятно, что там запрет абортов не единственное, что надо делать. Но это, действительно, серьезная однократная мера, радикально влияющая на ситуацию. Если этот закон будет принят, я буду очень рада. Религиозные убеждения госпожи Мизулиной, которая, действительно, очень религиозный человек, меня в данном случае совершенно не волнуют. Вот, меня волнует тот факт, что не просто это надо было делать сейчас, а надо было, конечно, это делать еще при Хрущеве (не разрешать аборты)».

Юлия Латынина — российская журналистка и писательница, обозреватель «Эха Москвы».

#womenprolife

Рубрики: Аналитика, Защита жизни
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования
© 9692 Пролайф Беларусь. Все права защищены. XHTML / CSS Valid.
Разработано учреждением "Доброжитие"